Изобретение лампочки

 

По теме "электричество"

Cпециальные проекты

Реклама

Партнеры и спонсоры

Что еще?

Русское солнце Яблочкова. Освещение здания парижской оперы. Создание трансформатора.

Первоначально же динамомашины применялись только как генераторы электрического тока и даже назывались часто просто «машинами для освещения».
Пути развития тогдашней электротехники указывали русские учёные и русские инженеры.
Особенную славу русскому инженерному искусству доставило практическое разрешение проблемы электрического освещения, которое вначале иначе и не называлось за границей, как «русское солнце» и «русский свет».
«Русское солнце» взошло над миром благодаря трудам двух замечательных русских инженеров — Павла Николаевича Яблочкова и Александра Николаевича Лодыгина, создателей двух главных видов электрического света. Эти два типа освещения — лампа с вольтовой дугой и лампочка накаливания. В первом случае используется свечение газа, в частности атмосферного воздуха, при прохождении через него электрического тока между сближающимися углями; во втором происходит нагревание током какого-либо твёрдого «тела накала» в форме стержня или нити до температуры, когда тело излучает яркий свет. Для практического использования того и другого метода надо было преодолеть, однако, ряд трудностей, найдя при этом для преодоления их простые технические решения. Простые решения, как можно уже было заметить, вообще свойственны русскому уму и очень характерны для русской науки и инженерии. В этом отношении Яблочков является особенно ярким представителем русской конструкторской мысли.
Более полувека после открытия вольтовой дуги Петровым изобретатели всего мира работали над проблемой электрического освещения дуговыми лампами. Было предложено и разработано множество остроумных технических решений, не подвинувших, однако, дело ни на шаг вперёд. Основная трудность заключалась в том, что по мере сгорания углей расстояние между ними увеличивалось и вольтова дуга погасала. Естественно, инженерно-техническая мысль направилась к конструированию всякого рода регуляторов, которые автоматически поддерживали бы нужное расстояние между углями.

П. Н. Яблочков
Яблочков нашёл гениально простое решение: он изменил расположение углей, поставив их рядом, а не против друг друга, как они располагались обычно. При таком (параллельном) расположении угли, сколько бы ни сгорали, оставались на одном расстоянии Друг от друга, и вольтова дуга не затухала, пока угли не сгорали до конца. Благодаря такому размещению углей они имели вид горящей свечи, и сконструированная русским инженером лампа получила наименование «свечи Яблочкова».
Друзья Павла Николаевича рассказывают, что мысль о параллельном размещении углей пришла к нему «случайно», когда, сидя за столиком в одном из парижских кафе, он что-то писал и положил рядом два карандаша. Эти карандаши и подсказали ему идею «свечи». Весьма возможно и даже наверное — такой случай действительно имел место, но роль случая тут совсем иная, чем скажем в открытии Гальвани или Эрстеда. Гальвани и Эрстед случайно открыли новые явления природы, о которых они не знали и не думали, занимаясь каждый своим делом. Яблочков же сознательно и упорно искал техническое решение поставленной перед собой задачи и притом — простое решение. Простые решения стоят у самых вершин в творческом деле именно потому, что они наиболее трудны. Они даются с трудом даже гениальным умам, ибо путь к ним лежит через преодоление привычного хода мысли.
Крупные конструктивные и эксплуатационные преимущества созданного русским инженером рационального источника электрического освещения вызвали к «русскому свету» внимание во всех уголках земного шара. Для эксплуатации «свечи Яблочкова» было создано в Париже крупнейшее электротехническое предприятие. Вслед за Францией «русский свет» засиял в Англии, Германии, Италии и в других странах, дойдя до «дворцов персидского шаха и короля Камбоджи». Доходы от «свечи» были огромны. Павел Николаевич стал располагать большими денежными средствами, но богачом он всё же не стал. Деньги, душевные силы, инженерное дарование он одинаково щедро и безрасчётно расходовал на осуществление грандиозного плана повсеместного внедрения электрического освещения, на осуществление целого ряда электротехнических идей.
Как и все русские электротехники, Яблочков жил одним убеждением, которое кратко выражено профессором А. Г. Столетовым в его отчёте о конгрессе электриков в Париже:
«В электричестве человек нашёл путь к решению самых разнообразных, самых фантастических задач своего ума».
Справедливо было бы, повторяя это изречение Столетова, говорить не просто человек, а русский человек. Передовая роль русской науки и техники в деле применения электричества для практических целей, для блага страны была в те времена настолько общепризнанной, что, например, авторитетный французский журнал «Электричество» писал в 1880 году:
«Мы решили посвящать особую главу прогрессу электричества в России: развитие этой отрасли промышленности в России заслуживает настоящей оценки и у нас во Франции, где оно мало известно не потому, что не представляет интереса, а потому, что у нас слишком мало лиц, знакомых с языком обширной северной империи».
Вопросы электротехники занимали Яблочкова ещё на школьной скамье, практически же он столкнулся с ними в 1874 году, когда в качестве начальника телеграфа Московско-Курской железной дороги Павел Николаевич решил использовать открытую Василием Владимировичем Петровым «вольтову дугу» в железнодорожной технике безопасности.
Яблочков предложил поместить на паровозе царского поезда, направлявшегося из Петербурга в Крым, электрический фонарь с дуговой лампой и регулятором конструкции В. Н. Чиколева.
Эта первая попытка применения на железнодорожном транспорте электрического освещения была удачной. Однако начальнику телеграфа самому пришлось на морозе целыми ночами напролет следить за исправностью лампы и убедиться в несовершенстве регулирующих устройств, хотя регулятор Чиколева и был наилучшим из всех применявшихся в то время.
Так началась непродолжительная по времени, но чрезвычайно обширная по своему объёму и значению научная и конструкторская деятельность Яблочкова.
Разнообразные проблемы электротехники и составляли предмет постоянной работы творческого его ума. Яблочков проложил путь современной электротехнике в промышленном применении переменного тока, многофазных машин, трансформаторов и конденсаторов, а также и конструкций гальванических элементов. По поводу только этой последней серии работ в дни, отмечавшие у нас пятидесятилетие со дня смерти Яблочкова, говорилось:
«Рассмотренный перечень изобретений Яблочкова в области гальванических источников показывает чрезвычайно богатое и находчивое воображение образованного конструктора, редкостные, исключительные способности комбинирования материала и формы и, кроме того, глубокое проникновение изобретателя в сущность процесса, богатую интуицию учёного. Благодаря этому ценность его идей не только сохранилась до наших дней, но многие из них только теперь, когда наука и техника ушли вперёд, и становятся понятными».
Увлечённый перспективами электрического освещения, Яблочков, естественно, вложил много труда и своего изобретательского гения в технику производства электрической энергии и тем самым далеко подвинул вперёд эту область техники.
Он создал не только трансформатор, без которого не обходится сейчас ни одна электроэнергетическая установка. Он предложил конструкцию барабанного якоря для динамомашины, придав якорю форму барабана, состоящего из тонких железных дисков с продольными каналами для обмотки. Хотя изобретение этого барабанного якоря и присвоила себе фирма Сименса, взяв патент на имя своего главного инженера Гельфнер-Альтенека, этот якорь, сохраняющийся и до сего времени во всех электромоторах и динамомашинах, является созданием Яблочкова, не очень заботившегося о том, кому будут приписаны вводимые им усовершенствования.
Из созданных Яблочковым новых типов динамомашин до сего времени остаётся важнейшим объектом электропромышленности его альтернатор-генератор переменного тока.
Чтобы составить себе полное представление о Яблочкове как о характернейшем представителе русской инженерно-технической мысли, надо напомнить, что он, в сущности говоря, даже не дожил до полного расцвета своих творческих сил. Он умер сорока шести лет 31 марта 1894 года в том же Саратове, где рос и гимназистом: конструировал то счётчики для измерения пройденного повозкой пути, то землемерные инструменты, которыми крестьяне в имении его отца пользовались, кажется, до самой смерти конструктора. Понимая всё значение широкого специального образования, Яблочков окончил не только прекрасно поставленное Николаевское инженерное училище, но ещё прошёл после службы в Киевской крепости «офицерские гальванические классы». Собственно говоря, только последние двадцать лет жизни Яблочкова были посвящены инженерной деятельности, и они, конечно, явились скорее школой опыта, чем зрелости, периодом скорее формирования творческого характера, чем его проявления. И тем не менее смелостью замыслов, простотой технических решений Яблочков привёл в изумление своих современников и заставил восклицать распространённую французскую газету: «Свет идёт к нам с Севера!»
Здание Парижской оперы, освещенное свечами Яблочкова
Здание Парижской оперы, освещенное свечами Яблочкова
Можно думать, что ранняя смерть Яблочкова была одной из основных причин, помешавших дальнейшему развитию того типа электрического освещения, над методами которого работал Павел Николаевич. Опережая своё время, он определял оба метода освещения современным языком: электрический разряд в газах и свечение накалённых тел. Оба эти метода за истекшие полвека не переставали конкурировать друг с другом, но только в наши дни мировая электротехника, благодаря развитию учения о люминесценции газов при прохождении в них электрического тока, возвратилась с большим успехом к идеям Яблочкова.

Рекомендовать эту статью

Термины, пояснения и исторические справки

Новости из интернета

  

Места на карте, упоминающиеся на сайте 1520mm.ru

Будьте в курсе наших новостей


© 2002—2017 Nicos
Страница сгенерирована за 0,005 сек.
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика