Роль железной дороги в обороне Ленинграда

 

По теме "война"

Cпециальные проекты

Реклама

Партнеры и спонсоры

Что еще?

Подвиги железнодорожников под окруженным гитлеровцами Ленинградом

Плотное кольцо гитлеровских полчищ замкнулось вокруг Ленинграда 29 сентября 1941 года. После того как немцы перерезали железную дорогу на Москву в районе станции Саблино и Поповка, некоторое время работала Кировская линия. По этой линии через Мгу — Волховстрой и ушёл из Ленинграда 29 августа последний поезд, преследуемый немецкими самолётами.
Ленинград был осаждён. Тысячи вагонов с заводским оборудованием, предназначенным к эвакуации, остались на путях станций Ленинградского узла. Железнодорожники разбросали их, как можно дальше друг от друга, чтобы они не слишком страдали от немецких воздушных нападений. Ночами служащие и рабочие защищали своё хозяйство от зажигательных бомб.
Движение совершалось только внутри узла.
Некоторое время связь со всей страной великий город Ленина поддерживал лишь воздушным путём. Но это продолжалось не слишком долго. На берегу Ладожского озера оставался кусок земли, не занятой врагом. Здесь была маленькая станция «Ладожское озеро». На этот клочок незанятой земли, на эту станцию и обратились взоры осаждённых ленинградцев.
В невиданно краткий срок в районе станции был оборудован большой порт с причалами, мощными кранами и подведены к нему десятки железнодорожных путей. Застрявшие в Ленинграде эшелоны с эвакуированным имуществом направились к порту. Здесь всё перегружалось на баржи. Пароходы уводили караваны барж с имуществом и эвакуировавшимися женщинами, детьми, стариками на другую сторону озера, откуда шёл уже железнодорожный путь в глубь страны. Зимой вместо барж по льду двигались вереницы автомобилей. Ленинград продолжал эвакуироваться этим путём. Страна возобновила доставку боеприпасов и продовольствия.
Это и была та «дорога жизни», которая обслуживала осаждённый город вплоть до того дня, когда была прорвана блокада.
Как огромные хищные птицы, кружились над озером, над портом, над станцией немецкие самолёты. Зенитные орудия не давали им снижаться до прицельного огня и бомбометания. Но над озером, вне досягаемости зениток, изредка врагу удавались прямые попадания, и несколько барж было потоплено.
Погрузка людей и имущества в Ленинграде шла на Финляндском вокзале. Трамвай в городе бездействовал. Ленинградцы, направлявшиеся сюда, шли пешком через весь город, зимой с санками, летом с самодельными тачками или заменявшими их детскими колясками. Случалось, что истощённые голодом люди умирали, присев отдохнуть на своих узлах. Мёртвые матери оставались дети отправлялись с чужими людьми дальше.
Редкая ночь проходила без воздушной тревоги. Заместитель начальника станции П. А. Фёдоров руководил посадкой. Во время тревоги пассажиры занимали вагоны в парке. Однажды при составлении поезда разрывом снаряда был убит сцепщик. Фёдоров немедленно стал на его место, чтобы сделать последнюю сцепку и отправить поезд. Буфера раздробили ему правую руку. Но состав надо было сцепить и отправить во что бы то ни стало. Фёдоров накинул стяжку на крюк левой рукой, и, теряя сознание, повис на буферах между вагонами.
Он очнулся на платформе, увидел склонившихся над ним сослуживцев.
— Что поезд? — спросил он.
— Ушёл — ответили ему.
Через полтора месяца с засунутым в карман шинели пустым рукавом он уже был снова на своём месте.
Прервать, истребить, умертвить «дорогу жизни» враг был не в состоянии. Когда бездействовали водоразборные колонки, организовывался «живой водопровод»: две вереницы людей передавали от водоёмов к паровозу вёдра с водой и обратно. В суровые морозные дни первой военной зимы паровозам не хватало топлива, хотя в топки котлов шло всё: дрова, опилки, сланцы, остатки угля. Машинисты останавливались в пути, завидя поваленные немецкими бомбами и снарядами деревья, и грузили их на паровоз. С этим топливным хламом ленинградские водители совершали чудеса. Они так умно распределяли его по качеству, что машинист В. Н. Елисеев первым провёл тяжеловесный состав двойного веса. По его же примеру все машинисты Ладожской линии обзавелись пилами и топорами. В пути они забирали всё, что попадалось, и таким образом увеличивали жалкую норму, отпускаемую на паровоз.
Летом 1942 года по Ладожской линии курсировали пассажирские поезда. Станция «Ладожское озеро» жила полной жизнью. Заново отремонтированный вокзальчик окружали цветники и газоны. В лесу расположился целый посёлок из вагонов, в которых жили рабочие и служащие станции. «Дорога жизни» ширилась и росла. Увеличивалась погрузка, всё больше и больше отправлялось поездов.
Воодушевлённость, изобретательность железнодорожников в этом деле доходили до осуществления небывалых предприятий. Так, однажды возник вопрос об отправке порожних цистерн из Ленинграда в глубь страны «дорогой жизни». За отсутствием паромов через озеро переправить их не было никакой возможности, но начальнику отделения Янчуку пришла мысль пустить их по озеру вплавь.
Не всем верилось в успех дела. За три дня уложили путь, спускавшийся с берега в воду.
Эго был, вероятно, первый случай в истории железных дорог, когда укладывали путь водолазы.
На первый раз решено было спустить в воду пять цистерн. Тележки были прочно прикреплены, сливные трубы закрыты плотно. Паровоз слегка начал толкать цистерны вниз, но когда они пошли под уклон, ему пришлось их сдерживать. Когда первая цистерна стала погружаться в воду, у зрителей замерли сердца. Но цистерна нырнула и всплыла, так что целая треть её с наливным колпаком очутилась на поверхности. Раздались одобрительные крики.
За первой последовали другие. Стоящий наготове буксирный пароход зацепил их тросом и повёл через озеро на другую сторону, где с берега также в воду уходил приёмочный для них путь.
«Дорога жизни» оставалась единственным наземным путём, связывавшим осаждённый Ленинград со всей советской страной. Но 18 января 1943 года блокада Ленинграда была прорвана, хотя и не снята. Трудная и сложная переправа через Ладожское озеро стала ненужной. Под огнём врага, находившегося в Мге, началась постройка новой железнодорожной линии Ленинград—Шлиссельбург—Волховстрой. Через Неву был построен деревянный, узкий, временный мост, едва поднимавшийся над водой, рядом с которым через два месяца возник и настоящий мост.
Строительство было закончено в две недели — неслыханно короткий и невиданно трудный срок. В феврале открылось движение сквозных поездов, и Ленинград соединился прямой связью со всей страной.
Вся линия и особенно участок Шлиссельбург—Волховстрой находились под постоянным обстрелом врага. Этот участок получил у железнодорожников название «коридора смерти». Поезда продвигались здесь только ночью. На особенно опасном пристрелянном врагом 26-м километре малейший признак движения — шум, дым, огонь — подвергал смертельному риску машиниста, бригаду, пассажиров. Не каждый поезд пробегал «коридор смерти» благополучно. Здесь на служебном посту погиб не один ленинградский железнодорожник. Отдали жизнь во славу Родины водители поездов Александр Иванов, Никитин, Матушинец, Чибисов и их помощники— Буянов, Гайдуков, Комаров, главные кондукторы — Румянцев, Ковалёв, Козин, Кириллов, Уралова и многие другие работники паровозных и поездных бригад. На памяти ленинградцев с каждым именем рядом лежит подвиг самоотверженности и отваги, достойный советского народа, стяжавшего себе по праву славу героического народа. Валя Семёнова, кочегар, пала под пулями фашистского лётчика, перебегая с крыши на крышу мчавшегося поезда и сбрасывая с них горящие бомбы. Надя Уралова погибла от осколков бомбы, сопровождая маршрут.
Гибли не только паровозники. Гибли движенцы, осуществляя «живую блокировку», позволявшую отправлять поезда в затылок друг другу. По неподвижности сигнального фонаря у соседа догадывался сигнальщик о случившемся. Его заменял кондуктор с первого подходившего к омертвевшему сигналу поезда, и движение продолжалось.
Когда Александр Иванов отделывался лёгкой контузией или царапиной, он считал поездку благополучной. Однажды разрывом снаряда была разрушена сцепка паровоза. Состав отделился от паровоза и скрылся в ночной темноте. Машинист, оправившись от удара, обнаружил потерю состава и обломанный крюк. Он ловким манёвром принял на себя догнавший его на уклоне состав, накинул резак на согнувшийся железный брус концом с петлёй, другой конец зацепил за железный ящик тендера и с этой сцепкой довёл поезд до места.
Когда цистерна с бензином, следовавшая в поезде главного кондуктора Петра Иванова, была пробита в нескольких местах осколками снаряда, он заткнул мелкие дыры деревянными пробками, которые всегда имел наготове. Большую же дыру закрыть было нечем, но драгоценный авиационный бензин надо было во что бы то ни стало доставить в Ленинград. Кондуктор дал машинисту сигнал отправления, а сам, взобравшись на раму цистерны, закрыл пробоину своей спиной. В Шлиссельбурге, насквозь промокший, он почти терял сознание, отравленный парами бензина, но дорогое горючее было спасено.
Машинист Александр Иванов погиб, совершая двадцать шестой рейс «по коридору смерти». Паровоз был разбит снарядом. Тело героя было найдено в тендере разбитого паровоза под глубоким слоем угля.

Рекомендовать эту статью

Термины, пояснения и исторические справки

Новости из интернета

  

Места на карте, упоминающиеся на сайте 1520mm.ru

Будьте в курсе наших новостей


© 2002—2017 Nicos
Страница сгенерирована за 0,0045 сек.
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика